Skip to content

VII Международная Конференция

Арктика: устойчивое развитие

Своей новой заявкой по шельфу Россия показала настрой договариваться в Арктике

Международно-правовой статус арктического шельфа может стать одним из главных направлений усилий российской внешней политики по Арктике – считает доцент МГИМО, кандидат юридических наук Николай Топорнин.

Для России вопрос шельфа носит стратегический характер

Дело в том, что заместитель председателя правительства РФ Юрий Борисов, который до этого трудился в военном ведомстве, заявил, что у Министерства обороны РФ имеются новые и исчерпывающие доказательства принадлежности России арктического шельфа.

По мнению Борисова, этих данных будет достаточно для исчерпывающего обоснования российской заявки на заседании Комиссии ООН по этому вопросу, которая состоится в феврале 2020 года. Борисов отметил, что наша страна еще в августе 2015 года передала заявку по установлению внешней границы континентального шельфа в Северном Ледовитом океане, причем с тех пор прошло уже 11 заседаний.

С точки зрения международного права, для расширения территории шельфа необходимо доказать континентальную природу прилегающих к берегу геологических структур на дне океана. Это стратегический вопрос, учитывая богатство арктического шельфа углеводородами.

«Существует ряд государств, которые имеют выход к Арктике и претендуют на ту или иную часть акватории и шельфа, поскольку последний является, по сути своей, продолжение наземной территории в подводном виде», – констатирует Топорнин.

На сегодня понятно, что залежи полезных ископаемых на арктическом шельфе велики и очевидно, что через определенное время – 10, 20, 30 лет, станет вопрос о добыче этих ресурсов, поэтому перед нами проблема колоссальной важности для глобальной политики.

«Если руководствоваться стандартными правилами, то все, что продолжается от российской территории, наше и есть, но проблема ведь в том, что такой подход не будет воспринят международным сообществом, поэтому здесь и нужна доказательная база», – резюмирует Топорнин.

Собственно, Россия и передает в Комиссию ООН аргументы для того, чтобы получить визирование своих амбиций на международном уровне, поскольку без этого никто не признает наши претензии на арктический шельф. Чем грозит такая ситуация – также хорошо понятно, а именно политическими сложностями при попытке реализовать на условно спорной части российского шельфа любой экономический проект.

«А так понятно, что именно у России самые большие границы в Арктике, поэтому российский континентальный шельф может иметь просто огромные объемы по своей территории, протяженности и длине захода в водное пространство», – резюмирует Топорнин.

Здесь нужен консенсус на международном уровне

Как замечает эксперт, чтобы не эскалировать этот вопрос, нужно добиться консенсуса на глобальном уровне, который должен базироваться на общем признании параметров шельфа, а также на понимании, насколько это международный ресурс, а насколько – национальный.

«Поэтому пока такого консенсуса на международном уровне у нас не будет, не будет и признания российских амбиций, поэтому то, что сказал сегодня Борисов – это хорошо, но такая риторика не изменит позицию тех же норвежцев по данному вопросу», – заключает Топорнин.

По словам Николая Борисовича, в международном плане существуют пробелы о том, как регулировать этот вопрос, и как определять принадлежность глубоко залегающих природных богатств. Таким образом, это вопрос не о международном праве, а об определении его принципов по данному направлению.

«Я вижу здесь необходимость создания Комитета тех стран, которые имеют выход к Арктике, и чтобы в рамках этой структуры прорабатывался вопрос статуса шельфа и того, что там находится. В качестве аналогии я бы привел пример Каспия», – констатирует Топорнин.

Впрочем, здесь есть различие, заключающееся в том, что Каспийское море является закрытой акваторией, т.е. озером, и все вопросы по его использованию регулируются между государствами, которые к нему имеют прямой выход. В то же время, арктическое пространство вместе с Северным Ледовитым океаном и входящими в него морями является открытым морем и, значит, регулируются Конвенцией 1982 года.

Это принципиальный вопрос, именно поэтому Россия и апеллирует к своим претензиям на континентальный шельф, поскольку такое положение содержится в Конвенции. Соответственно, мы здесь действуем на основании Конвенции 1982 года.

«Разница с Каспием понятна, но главное здесь то, что стороны по этой акватории сели за стол переговоров и сумели договориться, причем самое главное – по правилам эксплуатации Каспийского моря. Также можно поступить и с Арктикой», – резюмирует Топорнин.

Топорнин считает, что нужно двигаться по переговорному пути и выработать решение, которое бы удовлетворило всех, поскольку, в противном случае, мы рискуем столкнуться с «очередным недопониманием» наших западных партнеров, что не приведет к разрешению проблемы.

«Конечно, есть международное морское право, но в ней присутствуют неурегулированные пространства, т.е белые пятна. Тем более, что мы раньше говорили, что Арктика должна стать территорией мира», – заключает Топорнин.

В то же время, нельзя не отметить, что риторика Борисова как раз и показывает, что Россия настроена договариваться.

Источник